Шаг в сторону
- Дина, может быть, сходим в третье ущелье? Я слышал там отличный пляж, а то лежим тут среди козлов и баранов, как на скотном дворе? - предложил Борис.
Динка рассмеялась.
- А ты думаешь - они только у нас бродят, а там шлагбаум и вход строго по пропускам? -
- Да нет, конечно, но, может, там пляж пошире и рогатых поменьше. – пробормотал Борис.
Они оба приехали в туристический лагерь МГУ по студенческим путевкам. Этот лагерь находился на берегу черного моря во втором ущелье недалеко от Пицунды. Ребята просыпались и засыпали под шум набегающих волн и под рев и блеяние рогатого скота. Борис студент четвертого курса мехмата, был ярким представителем рода «ботаников» - сутулый с выпуклыми острыми ключицами и горбатым носом, с которого постоянно сползали очки с толстыми линзами. На его худосочном теле болтались длинные шорты, туго перетянутые ремнем (чтобы не соскочили), а голову покрывала белая панама. Веселой лагерной жизни, с ее походами, дискотеками и посиделками у костра, он предпочитал уединение на близлежащих скалах с книжкой в руках.
Так бы все и продолжалось, если бы в лагере не появилась Дина, студентка третьего курса факультета искусств - воспитанная яркая девочка с выразительными синими глазами и с копной непослушных волос. Местные загорелые ловеласы тут же наперебой бросились оказывать ей знаки внимания. Скромная девочка, смущаясь и не зная, как себя вести, сбежала от них к скалам, расположенных недалеко от лагеря. Там и произошла их первая встреча с Борисом.
Парень произвел на Дину двоякое впечатление – с одной стороны нескладный и чудаковатый, а с другой - интеллектуал и интересный собеседник. В лагере их стали видеть вместе все чаще. Борис почти повсюду сопровождал Дину, развлекая и в тоже время, оберегая ее от назойливых молодых людей.
Третье ущелье находилось в часе ходьбы от их лагеря. В него вела узкая тропа из камней, песка и ила, пролегающая между скалами и морем. Если на море бушевал шторм пройти по ней становилось невозможным и тогда надо было взбираться на скалы и, цепляясь за них, пробираться к ущелью. Но сегодня день выдался замечательный - солнце не жгло, на море был полный штиль и только изредка на изумрудной поверхности, то исчезали, то появлялись белые гребешки игривых волн. Молодые люди спешили. Им хотелось поскорее окунуться в морскую прохладу, смыть накопившуюся за время пути усталость, а потом зарыться в горячий искрящийся на солнце песок и наслаждаться полным покоем. Наконец, вдали показался пляж. Даже отсюда было видно, что он плотно устлан телами лежащих на нем людей.
- Похоже, мы просчитались, с козлами было бы комфортнее. – резюмировал Борис.
На пляже кипела активная жизнь. Отдыхающие играли в волейбол, загорали, были даже те, кто под палящими лучами танцевал под миниатюрный японский магнитофон. Объединяло их то, что почти все они были абсолютно голыми. От смущения и неловкости лица ребят покрылись алой краской. –
- Не фига себе! - удивился Борис – я был уверен, что такое можно только за границей увидеть -Ты посмотри на них – они совершенно нас не стесняются. Дина, ты чего молчишь, где остановимся? Может быть у той скалы, там вроде не так многолюдно.
- Борис, давай лучше уйдем отсюда? –опустив глаза, тихо произнесла Дина.
Покидая пляж, девушка старалась ни на кого не смотреть и споткнулась о чьи-то ноги. Она извинилась, смотря при этом в противоположную сторону, и только собралась идти дальше, как почувствовала, на своем плече руку. От неожиданности вздрогнула.
- Девушка, да не бойтесь вы так. Здесь никто не кусается. Мы миролюбивые люди. –услышала она приятный мужской голос.
Повернувшись, она увидела симпатичного, спортивного мужчину. К счастью он был одет. Его пушистые волнистые волосы, спадающие до плеч, были стянуты разноцветной фенечкой. Облик молодого человека показался ей знакомым.
- Ну, где, где я могла его видеть? – мучительно перебирала она в голове своих знакомых.
Мужчина тоже молчал, любуясь ее васильковыми глазами.
И тут Динка вспомнила. Ну, конечно же, она видела это лицо в энциклопедии по искусству. - автопортрет Альбрехта Дюрера. Многие критики ругали художника за его самолюбование и попытку придать себе облик Христа. Но ей этот портрет очень нравился.
- Как тебя зовут, нежное создание? – молодой человек первым прервал молчание.
-Д-дина – смутившись, запнулась она.
В это время Борис что-то кричал ей. Он уже был у выхода из ущелья и махал ей руками.
-Жаль, что ты не одна. – с сожалением произнес незнакомец, - Ты мне нравишься... Но все – равно приходи к нам со своим мужем. Я уверен, что вам здесь будет интересно. У нас тут сейшен.
-Что у вас? - не поняла Дина.
- Ну, что-то вроде тусовки. Мы хиппи. Слышала о таких?
- Конечно слышала и не раз.
-И, что же, интересно ты слышала?
Динке захотелось показать молодому человеку свою осведомленность.
-Кто-то считает вас борцами за мир. Я слышала, что вы даже проводите антивоенные манифестации. Других же вы раздражаете своей пропагандой наркотиков и свободных отношений.
-Ого, да ты неплохо подкована. Но уверен, что еще много про нас не знаешь. – улыбнулся парень.
-Я бы с удовольствием продолжила наш разговор, но меня ждут. - показала она рукой в сторону Бориса
-Я тебя тоже буду ждать, красавица. – крикнул ей вслед новый знакомый.
Под вечер лагерь МГУ заполнился веселой, пестрой толпой молодых людей. Внешне они напоминали цыган. Девушки были одеты в пестрые юбки и широкие платья с восточными мотивами, украшенные монистами и бусами. А на мужчинах были потертые джинсы, украшенные бахромой и бисером. Практически у всех были длинные волосы с вплетенными в них живыми цветами, отсюда второе название хиппи - «Цветы жизни». С собой ребята принесли кассеты с записями PinkFloyd, TheDoors, LedZapelin, JimiHendrix. Студенты, принимающие все новое и передовое, тут же поставили эти кассеты в магнитофон. С каждой новой композицией молодежь расходилась все больше и больше, пока не пришла в неистовство. Среди большой толпы людей был и незнакомец из третьего ущелья, Денис. Недалеко от танцевальной площадки он заметил Дину с Борисом. Они не танцевали и с удивлением наблюдали за плясками «Святого Витта». Народ извивался, дергался, подпрыгивал, словно впадая в эйфорию. Когда, наконец, зазвучала медленная композиция Денис направился к ребятам.
-Извините, можно пригласить Вашу жену? – спросил он Бориса – мне хотелось бы с ней продолжить беседу.
Удивленный студент пожал плечами: – Дина, вообще – то мне не жена, так что лучше ее саму спросите.
-Отлично – обрадовался Денис, протягивая руку Дине.
Оказавшись на танцплощадке, он притянул девушку к себе. В его сильных руках ей было легко, радостно и надежно. Танцуя, Денис лаково гладил ее по спине и от этих прикосновений Дину охватывал легкий трепет. Она никак не могла справиться с волнением, и ее била дрожь. Музыка давно закончилась, а они все еще продолжали стоять, не разжимая рук, в надежде, на еще один медленный танец. Но тут опять грянул рок, и народ затрясся с новой силой. Денис, видя, что продолжения не последует, предложил девушке пройтись к морю. Дине эта идея понравилась, но немного подумав, все же решила отказаться, испугавшись идти с незнакомым человеком в сгустившиеся сумерки.
- Как скажешь. - пытаясь казаться спокойным, ответил Денис и галантно проводил ее к Борису.
Танцы давно закончились, но студенты и хиппи не спешили расходиться, даже несмотря на полученную дозу адреналина. Взяв с собой несколько ящиков вина и фруктов, ребята решили продолжить дальнейшее знакомство на пляже. Веселье продолжалось до утра: горланили песни, танцевали, рвали звенящие струны гитар, пили вино и курили марихуану, которую принесли с собой хиппи. Парочки, уединившись в дюнах, любили друг друга, подвыпившие ребята прыгали со спасательных вышек в море или ныряли с разбега в набегающие волны. Под утро обессиленная молодежь расползлась по прибрежным кустам и скалам. Студенты были в восторге от своих новых знакомых. Особенно от их образа жизни и невероятного ощущения свободы от общепринятых условностей.
К утру большинство хиппи осталось во втором ущелье. Но Дениса среди них не было. Не появился он и вечером, когда вновь начались танцы. На следующий день его тоже никто не видел. Дина переживала. Ей казалось, что именно она является причиной его отсутствия.
Только на третий день она вновь увидела его. Он стоял на танцплощадке в окружении своих друзей. Как он был великолепен! Высокий, стройный с вьющимися шелковыми волосами в фирменных джинсах и в стильном батнике, распахнутым на груди. Дина не сводила с него глаз. Сердце отчаянно колотилось. Каждый его удар отдавался во всем теле. Никогда ей не было так хорошо. Но Денис не замечал ее: то ли просто не видел ее, то ли делал это нарочно. Сначала он пригласил на танец девушку из хиппи, потом смазливую студентку с Динкиного факультета. Светившиеся радостью глаза девушки потухли, а в голове монотонно зазвучали слова из известной песни «я хочу быть с тобой, я очень хочу быть с тобой». Наконец, объявили белый танец, и, бросив свою кофту Борису, она через весь зал помчалась к Денису. Но, добежав, поняла, что опоздала. Его сильные мускулистые руки уже обнимали хрупкую незнакомую девушку. Дина совсем сникла. В это время Денис повернулся, и их взгляды встретились. Бледная и опустошенная, она растерянно стояла в нескольких метрах от него. Казалось, что он только этого и ждал. Извинившись перед своей партнершей, Денис поднял на руки Дину и понес ее к морю. Студентка не сопротивлялась и только сильнее прижималась к его груди. Это была их первая ночь в череде двенадцати последовавших. Денис поселился в одной из расщелин скалы недалеко от студенческого лагеря, в этот же день к нему перебралась и Дина. Вместе они встречали там солнечные рассветы и провожали бархатные закаты. Ни проливной дождь, ни палящее солнце, ни бушующее море почти полностью заливающее их пристанище не могли помешать их счастью. В лагере девушка появлялась только для того, чтобы забрать свою порцию в столовой, которую потом делила со своим возлюбленным.
Борис скучал по своей подруге и переживал за нее. Каждый раз при встрече с ней он пытался убедить ее образумиться.
-Дина, опомнись! – говорил он - Ты же лучшая студентка факультета, у тебя впереди прекрасное будущее, тебя ждет интересная работа, неужели ты бросишь все ради этого тунеядца? Ты ведь ослеплена страстью. А страсть и любовь, как ты понимаешь совсем не одно и тоже. Страсть – болезнь, и когда она пройдет, тебя ждет горькое разочарование.
-Борис, ты хоть и хороший друг, но тебе трудно понять чувства других людей. Не волнуйся, у нас с Денисом все замечательно, завидуй молча! – отшучивалась девушка
- Но ты мне все –таки скажи, – не унимался Борис - ты хорошо его знаешь? Кто он? Откуда? Чем занимается? Ведь не может же взрослый человек по полгода жить на море и нигде не работать. У нас за тунеядство вообще-то сажают в тюрьму. –
Дина смутилась. Она действительно знала о нем совсем немного. Все это время они с Денисом руководствовались только чувствами. Им было хорошо вместе, и это было для них самое главное.
Как-то всматриваясь в ночное небо, Денис начал рассказывать ей о своей жизни. Оказалось, что родился он в Ленинграде в семье номенклатурных работников. Любящие родители, старались дать сыну самое лучшее. С их положением и связями это было несложно. Денис одновременно учился в двух школах: во французской и художественной, а после их окончания поступил в академию художеств.
Все его желания исполнялись почти мгновенно - машина жигули, импортная одежда, японская техника. Жизнь была скучной и однообразной. Пока однажды он случайно не познакомился с компанией хиппи. Встреча оказалась судьбоносной. Он стал активным участником движения, полностью забросил учебу, а вскоре был исключен из академии. Родителей эта новость сразила наповал. Это был крах их надежд. Последнее, что они сделали для своего непутевого сына – приобрели небольшую квартирку на Васильевском острове и оформили его в ЖЭК художником оформителем, где Денис мог месяцами не появляться.
- Ты художник? – изумилась Дина – Почему же ты никогда не рассказывал мне об этом? И даже ни разу не попытался меня нарисовать? –
--Почему не пытался – улыбнулся Денис – я рисовал тебя каждый день.
-Наташа смотрела на него непонимающим взглядом.
-Ты рисовал меня, когда? Ты шутишь? -
- Пойдем- загадочно произнес Денис
- Куда –
- Вскоре, сама все увидишь.-.
Он повел ее к дальним скалам, и там в пещерах она увидела нарисованные углем портреты. На одном она была нимфой среди цветущего сада, на другом сереной в морских глубинах. Но самый необычный и удивительный по сходству с ней портрет – молодая обнаженная женщина, придерживающая обеими руками живот, в котором зарождалась новая жизнь.
Дина долго стояла молча и затаив дыхание, рассматривала портреты.
-Ну, как, тебе нравится? – обняв ее за плечи спросил Денис.
-Так необычно… Жаль, что нельзя их забрать с собой. – улыбнулась она и, вспомнив строчки Пушкина произнесла «… себя, как в зеркале я вижу, но это зеркало мне льстит…»
-Не переживай, я буду рисовать тебя всю жизнь и тебе это вскоре надоест.-
-Никогда! – Дина крепко прижалась к Денису. Он сделал шаг назад, оступился, и они, не удержавшись на пологом камне при входе в пещеру, вместе скатились в море-
Двенадцать дней любви, свободы и счастья у Дениса и Дины пролетели, как один нескончаемый день. Девушке казалось, что их сказка будет продолжаться вечно. Отрезвление пришло только на перроне, когда, она стояла с охапкой полевых цветов в ожидании отходящего поезда. Денис целовал ее пылающие щеки и повторял, что они обязательно будут вместе, что ему нужно совсем немного времени, чтобы закончить все свои дела. И потом он тут же прилетит к ней и тогда никто и ничто их не разлучит. Динка, сглатывала слезы, понимающе кивала головой. Раздался протяжный гудок и поезд понес ее в Москву, в одно мгновенье ставшую для нее такой чужой и холодной.
В Москве падал мокрый декабрьский снег. Девушка, тяжело перешагивая через лужи, шла на предновогоднюю научную конференцию в Университет, на которой подводились итоги лучших научных работ студентов.
После успешного выступления, Дина спускалась по лестнице, осторожно придерживаясь поручня, когда ее кто-то окликнул ее сзади. Повернувшись, она не сразу узнала Бориса. В костюме он выглядел гораздо солиднее: не таким худым и нелепым.
Борис внимательно посмотрел на нее и улыбнулся: - Ну, что можно тебя поздравить? -
Дина удивленно вскинула ресницы.
Он глазами показал ей на выпиравший из - под платья живот.
- А, да, конечно, спасибо. – потупив глаза, ответила девушка.
- Денисов? - поинтересовался Борис-
Дина кивнула.
- А, кстати, где он сам? Неужели ему неинтересно посмотреть на триумф своей жены или, хотя бы, поддержать ее в такой торжественный момент?
-Не знаю. - пожав плечами, ответила Дина
- Извини, может быть я излишне любопытен, вы, что расстались? – продолжал допытываться Борис.
- Знаешь - это грустная история, и мне не хотелось бы к ней возвращаться. Расскажи лучше, как прошло твое выступление? Я немного опоздала и пропустила твой доклад. Говорят, ты восходящая звезда Университета.
-Да ладно тебе! Во- первых, я не один провел этот эксперимент, у нас над ним работала целая группа студентов. И то, что мы победили - это заслуга всех участников-
Борис помог Дине одеться и попросил разрешения проводить ее до дома.
После этого вечера он искал любой повод, чтобы встретиться с ней вновь. Часто после окончания занятий Борис поджидал Дину в фойе Университета. По дороге домой они заходили в близлежащий парк (у Дины резко снизился гемоглобин, и врач рекомендовал ей чаще бывать на воздухе), потом шли в женскую консультацию, если в этом была необходимость или делали вместе покупки. С дипломатами и авоськами в руках Борис чувствовал себя счастливым, чего нельзя было сказать о шагающей рядом с ним Дине. В начале она и вовсе тяготилась их отношениями, но со временем, окруженная теплотой и заботой оттаяла и перестала видеть в Борисе надоедливого очкарика.
О Денисе они говорили всего лишь однажды. Дина сказала, что, видела его последний раз на вокзале в Гаграх, когда он ее провожал.
Незадолго до Дининых родов Борис отважился сделать ей предложение. Может быть девушка и отказала бы ему, хотя в последнее время он стал для нее по-настоящему близким человеком. Но, те слова, которые Борис произнес, неожиданно для нее самой изменили ее решение. Протягивая ей небольшую коробочку, Борис нежно произнес: - Я обещаю любить тебя и нашего ребенка всю жизнь. Без вас моя жизнь не имеет смысла. Выходи за меня замуж. -
Дина обняла Бориса и тихо прошептала: Я согласна.
Однажды поздно вечером, когда молодая семья готовилась ко сну, в их квартире раздался звонок. Дверь открыла Дина. На пороге стоял Денис.
Вид у него был сильно потрепанный: грязная одежда, спутанные, давно немытые волосы, припухшее лицо, синяки под глазами
Увидев огромный живот Дины, он даже присвистнул.
-Ну, Динчик, ты даешь, когда только успела! Слушай сегодня приехал поздно в ваш город, никого из наших здесь не нашел. Может, приютишь на одну ночку? Деньги у меня есть и найдется что понюхать, если тебе можно, конечно.
И тут за спины Дины он услышал голос Бориса.
-У нас тут не ночлежка. В городе полно гостиниц на любой вкус, тем более у вас есть кой-какие деньги. Найдете, где переночевать.
- А это ты, чудик, я тебя сразу и не узнал. Шустрый ты больно…-
Денис не успел договорить, как перед его носом захлопнулась дверь.
За дверью были слышны рыдания.
- Странные люди. - сплюнув, процедил сквозь зубы Денис и пошел искать ночное пристанище.
Выйдя из подъезда, он увидел табличку на углу соседнего дома - «сдается комната».
Искать что-то другое у Дениса не было ни сил, ни желания.
Он позвонил. К двери, шаркая тапками, приковылял старик, накрытый пледом.
-Вы сдаете комнату? –спросил у него Денис.
Старик недовольно пробурчал:
-А, что я неправильно указал адрес или Вы хзвоните в каждую попавшуюся дверь?
- А без предисловия никак нельзя? Ты, дед, давно ни с кем не общался, что ли? – раздраженно ответил ему хиппи. Давай ближе к делу или Чао! Демагогией не хрена заниматься, мне до ночи надо бросить свои кости, чтобы не дрожать до утра где-нибудь под мостом. -
- Хорошо – ответил старик- сдается у меня одна комнатенка со всяким барахлом. Проходи смотри, если устроит, вселяйся. Только деньги вперед-
-Денис прошел через до потолка захламленную комнату старика. Краем глаза зацепил за стол, где стояла почти пустая бутылка водки и около нее скелет обглоданной селедки. Свободного от многих условностей быта, Дениса такое положение дел устраивало. Он бросил беглый взгляд на свою комнату и сразу перешел к делу.
-Сколько за хибару берешь за ночь? –
- Червонец и не копейки меньше- проскрипел старик.
Парню страшно хотелось спать, и он протянул десятку под нос сгорбившемуся старику. Тот тут же припрятал ее во внутреннем кармане засаленного халата и потребовал справку от венеролога.
От неожиданности хиппи выпалил:
-Ты, что ох…, старик!
- Не хами, справку показывай или вали отсюда. - нахмурился дед.
-Верни деньги, старая сволочь! – прохрипел Денис.
Старик, схватил стоящую на столе бутылку, разбил ее об стену и розочкой двинулся на обалдевшего хиппи
Тот рванул к открытой двери и скатился вниз по перилам в промозглую ночь.